Сотрудники лаборатории криологии почв Института физико-химических и биологических проблем почвоведения РАН – обособленного подразделения Федерального исследовательского центра «Пущинский научный центр биологических исследований Российской академии наук», стали героями документального фильма режиссера Яны Рубановской.

В пущинском Доме ученых 11 ноября 2023 года состоялся премьерный показ картины «Невечная мерзлота», а также встреча с режиссером, продюсером и участниками съёмок.

Зал был полон. Зрители чуть больше чем на час погрузились в неспешное созерцание и атмосферу удивительных мест, побывать в которых доведется не каждому.

Север. Бескрайние снега, водная гладь с высоты птичьего полета, ручьи, под ярким солнцем бегущие по таящей мерзлоте на берегу реки. Колоритные местные жители, редкие поселки, строение, ещё год назад крепко стоявшее, а теперь развалившееся из-за подвижек грунта. Белые зимние пейзажи перемежаются в фильме с зелеными летними. Травы, среди которых пасутся овцы, бизоны и – удивительно! – верблюды. Шумящая волнами тайга и лестница метеостанции, уходящая практически в небо. Там, на оранжевой чашке измеряющего скорость ветра анемометра сидит полупрозрачная стрекоза, а если перевести взгляд вдаль видно, как солнце уходит за горизонт. Среди этих суровых и спокойных пейзажей работают удивительные люди. И есть среди них наши земляки, пущинские научные сотрудники.

Таяние вечной мерзлоты, которая оказалась те такой уж незыблемой, как ее название. Как быстро происходит процесс, чем он грозит людям и экосистемам, можно ли его остановить и стоит ли? Над этими вопросами размышляет съёмочная группа, ученые, а вместе с ними – и зрители фильма.

Оператор, режиссер, монтажер, продюсер, оператор-постановщик, композитор – небольшой коллектив, работавший над картиной, дал зрителям возможность увидеть, как проводит отбор проб грунта кандидат геолого-минералогических наук, старший научный сотрудник Андрей Абрамов, как бурят скважины для установки датчиков измерения температуры на разных глубинах вечной мерзлоты кандидат биологических наук, старший научный сотрудник Алексей Лупачев и главный специалист подразделения Виктор Сороковиков, а также то, как двигается под микроскопом червь нематода, пролежавший в этой «природной морозилке» более 40 тысяч лет и исследуемый старшим научным сотрудником Анастасией Шатилович с другими коллегами.

После просмотра фильма зрители смогли пообщаться с режиссером Яной Рубановской, генеральным продюсером Светланой Резвушкиной, а также с задействованными в фильме Алексеем Лупачевым, Виктором Сороковиковым и Анастасией Шатилович.

«Я надеюсь, что вы почувствовали любовь и трепет нашей съемочной группы к людям, которых вы видели на экране, нашим прекрасным героям, которых я просто обожаю и, конечно, мою любовь к Северу, к Арктике. Я там родилась, мы жили там вместе с мамой и папой, которые сейчас тоже находятся в этом зале. Я росла там, знаю и эти места, и эту красоту, и эту сложность жизни на Севере. И я очень надеюсь, что вы это увидели, почувствовали теплоту, которую я испытывала к этим местам, и смогли вдохновиться нашей работой», – сказала режиссер фильма, один из лучших документалистов современной России Яна Рубановская.

«Мне очень интересно, как Вам, девушке, было в таких условиях, насколько было сложно физически и психологически ездить вместе с экспедиционными группами», – спросила у режиссера зрительница, специально приехавшая в Пущино на показ фильма из Москвы.

«Мы снимаем такие экстремальные экспедиционные фильмы уже давно, были уже много где, и, конечно, опыт в таких делах важен. Ты всегда знаешь, как собираться, какие брать вещи с собой. Мы очень тщательно готовились. Выбирали противомоскитные костюмы, запасались кремом от комаров. Это, конечно, непросто, но удовольствие и невероятные впечатления, которые ты получаешь в таких поездках, перекрывают все сложности, которые потом уходят куда-то, и остаются эти кадры», – поделилась Яна Рубановская.

«Когда едем в такие экспедиции, группы у нас всегда очень маленькие. Во-первых, потому, что мы документалисты, а денег на документальное кино всегда мало, их очень трудно найти. Перелеты сейчас невероятно дорогие и непредсказуемые. Группа может засесть надолго – ждать вертолета или самолета. И во-вторых, нельзя, чтобы мы мешали героям, чтобы наших ребят было заметно. Они всегда в ткани экспедиции, живут с ними, едят, пьют, наблюдают и всё время снимают. Так устроена жизнь документалиста, что мы должны подстраиваться под эти условия», – рассказала о тонкостях профессии Светлана Резвушкина.

«Для нас всегда очень важен герой. Есть герой, и мы с ним живем. Нас незаметно. Это сложная специфика профессии, но когда мы работаем, своих трудностей не замечаем. Яна в первую очередь, она воспитана давно на этом. Мы такие же люди, как учёные: мы в тундре и они в тундре. Хотя приходилось заранее продумывать, в какой палатке будет жить Яна, и чтобы у неё были тёплые одеяла. Съемочная группа замечает трудности экспедиционные, некоторые из которых показаны в фильме», – отметила продюсер Светлана Резвушкина.

«Мы были в «Плейстоценовом парке», там много животных, туда их специально привозят. Ты летишь куда-то за тридевять земель на Север и думаешь, там северные олени, что там ещё может быть?! А тут вдруг верблюды, представляешь? И это было восхитительно! А вот в Тикси на берегу океана никого не видели, там только чайки были в поселке. И комары, очень много комаров!» – рассказала Яна Рубановская, отвечая на вопрос школьницы из зала о том, много ли встретилось при съёмках разных животных и следов их жизнедеятельности.

Режиссер фильма рассказала, что съёмочная группа при выборе локаций и героев долго размышляла, ехать ли в «Плейстоценовый парк», куда животных привозят старший научный сотрудник Тихоокеанского института географии ДВО РАН Сергей Зимов и его сын Никита, ставший в итоге одним из героев фильма. Зимовы восстанавливают пастбищные экосистемы и считают, что это может помочь замедлить таяние вечной мерзлоты.

«Долго думали, спорили и решили: всё-таки нужно туда ехать. Во-первых, это безумно красиво! Вы, наверное, смогли оценить, какая там природа – звери, тундра, река Колыма – невероятная красота! Во-вторых, сама идея парка очень хорошо и правильно ложилась на глубокую мысль фильма: не просто рассказать о том, как исследуют мерзлоту ученые и как они пытаются по мере своих сил сохранять ее или считают, что не нужно сохранять. А все-таки немножечко дать возможность вам, зрителям, подумать чуть глубже. Вообще, в принципе, человечество способно что-то понять и сделать или мы можем только наблюдать? Это касается, конечно, не только мерзлоты, но и гораздо большего спектра вопросов в нашей жизни», – пояснила режиссер фильма.

«Хотел бы сказать огромное спасибо Яне и ее группе, потому что я, проработав 40 лет практически во всех районах вечной мерзлоты, с таким удовольствием смотрел, как это снято! Это замечательно! Шикарный фильм, очень приятный! Они действительно увидели прекрасные озера, старицы, обнажения. Мы к ним привыкли. Этот Дуванный яр, мы тридцать лет на него смотрим, вот он заплывает, открывается… А здесь – просто сказка! Спасибо большое!» – так отреагировал на фильм сотрудник ИФХиБПП РАН Виктор Сороковиков.

«Это дело очень правильное! Я и сам пытаюсь популяризировать наши исследования, потому что общество должно знать, чем занимаются ученые. Большинство среднестатистических людей никогда не видели сугубо научных статей. А вот через фильмы, научно-популярные статьи, лекции как раз и осуществляется взаимосвязь. Люди имеют право задавать вопросы: «Зачем вы это изучаете? Надо спасать мерзлоту или не надо? В поселке Черском живет 3 тысячи человек, может проще переселить всех?» Так что очень важно делать такие фильмы, – поделился мнением старший научный сотрудник Алексей Лупачев. – Спасибо Яне, было очень приятно с ней сотрудничать, она попала вместе с нами в один из самых суровых эпизодов, мы работали на Ямале с железом при минус 30 градусах».

«Виктор Александрович, вы едете в такую дальнюю экспедицию и всё пропитание везете с собой или есть возможность рыбу какую-то вытащить из этих водных просторов или утку подстрелить?» – прозвучал вопрос из зала.

«Лучше брать с собой, конечно. Будет рыба или не будет, будет олень или не будет, непонятно. Но, как правило, почти везде, где мы работали, у нас хорошие связи с местным населением, мы общались, и зачастую нам просто привозили рыбу, мясо. А бывают заброски очень сложные. Например, работали в Антарктиде, где точно ни рыбы, ни мяса, ни даже комарика нет. Вот там приходилось все возить с собой. За 40 лет работы уже ко всему привыкли», – пояснил Виктор Сороковиков.

Атмосфера в зале была дружеской и неформальной, создатели фильма, его герои и зрители с юмором обсуждали самые серьезные научные проблемы и прорывные исследования, при этом, не отходя от истины. В одном из эпизодов фильма показаны восстановившие свой метаболизм и жизненные функции после длительного нахождения в мерзлоте круглые черви нематоды, обнаруженные в пробах, отобранных на берегу реки Колымы.

«Правильно ли я вас поняла, что вы достаете керн, и червь из него оживает? Так это как в популярной идее, когда человека замораживают, дорого платят за это, и его потом можно разморозить?» – проводящий параллель между человеком и нематодой вопрос из зала звучит вроде бы серьезно, если не знать о том, что задает его доктор биологических наук.

«С червячком проще, чем с человеком. Конечно, это путь. Если когда-то давно мы научились оживлять совсем простые организмы, например бактерии, то сейчас мы знаем, что и многоклеточное можно оживить. Об этом может рассказать наша коллега Анастасия Шатилович, вы видели ее в фильме. И высшие цветковые растения уже в городе Пущино оживлены», –отвечает Алексей Лупачев.

«Когда ты видишь, как червь шевелится, пролежав 40 тысяч лет в мерзлоте, это завораживает!» – отметила режиссер фильма Яна Рубановская.

«История с палеобиотой тянется издалека. Искать палеобиоту в мерзлоте начал заведовавший лабораторией доктор геолого-минералогических наук Давид Абрамович Гиличинский. Вначале находки были попроще – одноклеточные: бактерии, грибы, водоросли. Мы, конечно же, мечтали найти что-то покрупнее. И вот, наконец, это случилось. Более того, у нас два вида из двух разных образцов. Это грандиозная удача. Потому что, если бы это была одна находка, мы, скорее всего, не торопились бы это обнародовать. Поскольку у нас есть находки в двух образцах, отобранных из разных географических мест и разными путями (один из стенки обнажения, а другой из керна), это даёт нам практически 100% уверенность в том, что это не загрязнения, – рассказала старший научный сотрудник лаборатории криологии почв ИФХиБПП РАН Анастасия Шатилович. – Мы стали исследовать этого червя, искать, какие биохимические механизмы он задействует, что, будучи многоклеточным организмом, он сумел преодолеть все опасности, с которыми сталкивается при замораживании. Очень сложно живой клетке пережить замораживание. А вот они сумели. Как? Не знаем. Мы в самом начале пути».

Высокое содержание трегалозы у найденных нематод, глубина бурения скважин и изменение многовековой температуры пород, которые исследуют наши ученые, совместные проекты с коллегами из других научных организаций – просто, с юмором, поясняя свои слова на понятных примерах, герои фильма рассказывали о своей работе, дополняя и расширяя ту информацию, которая была показана съёмочной группой.

«Я хочу поблагодарить Яну за фильм, – в завершение встречи прозвучало мнение одной из зрительниц. – У нас в Пущино живут, казалось бы, обычные люди. А сейчас я посмотрела, они настоящие герои, которые тихо, спокойно делают невероятную работу. Для меня сегодня открытие, я с удовольствием смотрю на этих замечательных людей!»